Депутат Государственной Думы Российской Федерации, Атаман Всевеликого Войска Донского казачий генерал В.П. Водолацкий вышел с инициативой по сбору средств на реконструкцию внутреннего убранства Войскового Вознесенского кафедрального собора, расположенного в городе Новочеркасске - столице казачьего Дона. Как и Донское казачество, собор пережил тяжелую трагедию, пока не утвердился мощным красавцем на твердом кряже. Три раза воздвигали его, пока не засияли золотые купола над безграничными родными степями. Шестиглавый собор имеет высоту более 74 метров. Его проектировал архитектор А.А. Ященко, а в расписывании внутреннего убранства храма принимали участие известные художники: Староборовский, Гружевский, Петрусевич, Порфиров, Поярков и др. Шли годы, и собор все больше и больше нуждался в проведении реставрационных работ.
| «Русская Голгофа»: на Лемносе почтили память казаков императорской армии |
 |
 |
 |
| НОВОСТИ | |||
| 24.07.2010 09:15 | |||
 На греческом острове Лемнос, в Эгейском море, почтили память казаков, бежавших туда из Крыма во время Гражданской войны. Больше года тысячи бывших военнослужащих Белой Армии жили на острове под надзором французских подразделений, пока им не разрешили выехать в другие страны. Около пятисот уроженцев Кубани и Дона обрели здесь вечный покой. Кладбище с могилами казаков стали восстанавливать совсем недавно.
Среди могил российских воинов на острове Лемнос, восстановленных поисковыми отрядами, она искала захоронения своих родственников. Ирина Шитловская родилась в эмиграции, но семейные предания навсегда сохранили память о трагическом исходе из Крыма и первых неделях здесь, на Лемносе. «Они жили в трюме, спали на полу, потому что матрасов не было. Они ждали две недели, пока им разрешили высадиться на берег и пообещали дать палатки», — рассказывает Ирина Шитловская, потомок адмирала Ф. А. Головина. Осенью 1920 года на Лемнос прибыли 18 тысяч кубанских казаков генерала Фостикова, еще 8 тысяч казаков Донского корпуса, терские и астраханские станичники. Они ютились в палатках, где едва помещались целыми семьями, спали на голой земле, в лучшем случае — на тонкой подстилке из травы. Бытовые лишения усиливались полной информационной изоляцией: в лагере были лишь те газеты и книги, которые привезли еще из России. Их передавали из рук в руки, зачитывали до дыр. На этом каменистом клочке суши, со всех сторон окруженном водой, казаки чувствовали себя, как в тюрьме. Это ощущение усиливалось присутствием многочисленных французских часовых. Свободно передвигаться по Лемносу казакам строго запрещалось. На безлесном острове со скудной растительностью не было дров для того, чтобы подогреть воду и приготовить пищу. Но казаки императорской армии держались все вместе, плечом к плечу — и российские православные, и российские мусульмане. Ингуши, чеченцы, адыги, кабардинцы и дагестанецы — в составе дивизиона их было больше сотни человек. Они лежат на том же русском кладбище, только на отдельном участке — для мусульман. Через Лемнос прошел крестный путь свыше 30 тысяч наших соотечественников — офицеров, солдат и казаков армий Деникина и Врангеля, гражданских беженцев. Их останки покоятся на двух русских кладбищах — на Донском участке Антантовского Некрополя, где находятся 29 захоронений, и на погосте у мыса Пунда, где их еще 349. Впервые — почти за столетие — их потомки смогли приехать на это место. «Это для нас — знаменательный день, потому что впервые мы — здесь, и мы вместе встречаемся с нашими двоюродными братьями и сестрами», — говорит Ирина Сомова. Остров Лемнос — одно из самых трагических мест русского исхода из Крыма, память о котором — особая боль России. Выступая на памятных мероприятиях, председатель попечительского совета Центра национальной славы России и Фонда Андрея Первозванного Владимир Якунин сказал: «Перед памятью наших граждан, которые остались здесь, перед памятью наших граждан, которые похоронены в России, мы должны объединиться во имя процветания и единства нашей Родины». Сидение на острове продолжалось больше года. В ноябре 1921-го казаков перебросили в Югославию и Болгарию, другие разъехались по миру, но история Лемноса навсегда останется особой страницей в истории Белого движения. Годы спустя ее назовут «Русской Голгофой».
|
